Законодательные инициативы в сфере свободы совести: украинский контекст. Мировоззренческое самоопределение человека – это его собственный, завизированный совестью выбор. В этой деликатной сфере закон бездействует
09.07.2008, [14:35] // Релігієзнавство-дайджест //
Михайло БАБІЙ. — "Портал-CREDO.RU", 8 липня 2008 року (рос.)
Автор - старший научный сотрудник Отделения религиоведения Института философии имени Г.С. Сковороды НАН Украины. Данный текст был представлен в качестве доклада на Международной конференции "Религия в постмодерном обществе – концептуальные, социально-политические и правовые аспекты" (Киев, 20-21 мая 2008 года).
В Украине, как и во всех демократических государствах мира, функционирует правовой институт свободы совести, выступающий как своеобразный континуум конституционных положений, законов, нормативных документов и юридически оформленных механизмов. Он обеспечивает, гарантирует, защищает свободную реализацию права на свободу совести, в частности и на свободу религии, в ее индивидуальном и общественном измерениях.
Важным является то, что означенная нормативно-правовая система находится в коррелятивном единстве с общепризнанными принципамии нормами международного права (в частности, изложенными в таких правовых актах как Всеобщая декларация прав человека, Европейская конвенция прав человека, Международный пакт о гражданских и политических правах и других), инкорпорируя их в свою структуру.
Концептуально свобода совести в этой системе рассматривается как основополагающее и неотчуждаемое право каждого человека на свободный мировоззренческий выбор (в том числе и религиозный) и на свободную его реализацию. Оно является юридическим измерением свободы этого выбора в аспекте не регуляции его, а гарантии, защиты и возможности полноценного осуществления. Заметим, что свобода совести может быть объектом правовой регуляции только в плоскости мировоззренческой (общественно-публичной) самореализации личности, там, где "силовое поле" свободы совести одного "Я" пересекается с "силовым полем" действия свободы совести другого или других "Я".
Процесс самореализации индивида, особенно в духовной (в т.ч. и религиозной) сфере, как внешнего проявления свободы совести (свободы вероисповедания), требует определенного правового пространства, то есть комплекса социальных, юридических гарантий, которые делают возможным ее свободное практическое осуществление в контексте его мировоззренческого самоопределения. Именно в этом правовом пространстве происходит самореализация индивида как личности, обретение им смысла своей жизни, в частности, и в определенном религиозном измерении.
Заметим, что как в отечественном, так и в зарубежном научном (религиоведческом, философском, правовом, политическом) дискурсе преобладает правовая экспликация свободы совести. Последняя, как правило, редуцируется к понятию „свобода религии" или „религиозная свобода"; рассматривается через призму отношения человека к религии в аспекте его права быть верующим или неверующим. Понятно, что такое отождествление, а тем более „суженный" подход к определению сути свободы совести, нивелирует многоаспектность ее проявлений, делает невозможным объективность ее целостного осмысления.
Отметим, что когда речь идет о свободе совести, то имеется в виду феномен, который в своей сущности находится в неразрывной связи со смыслом, мировоззренческими (в т.ч. и религиозными), морально-этическими координатами бытия человека. В обобщающем измерении свобода совести является атрибутивным признаком личности, „первоначальной свободой, которая лежит в основе всех других свобод". При этом само понятие „свобода совести" характеризует внутреннюю способность личности свободно осмысливать и оценивать различные моральные, мировоззренческие, в том числе и религиозные, парадигмы без какого-либо внешнего давления, принуждения осуществлять завизированный совестью свободный выбор, переводить их ценностносмысловые параметры в плоскость своих убеждений, жизненных ориентиров, а также возможность ее беспрепятственной самореализации на основе этого выбора.
Свобода совести охватывает своим содержанием широкую сферу духовного, мировоззренческого бытия личности, в котором она свободно самоопределяется и самоактуализируется. То есть, свобода совести – это условие и возможность ее духовного самоопределения, самореализации в координатах своего свободного выбора. Можно согласиться с мнением, что свобода совести в ее юридическом измерении выступает субъективным правом каждого человека и включает в свою структуру: а) право осмысливать, формировать позицию, выбирать определенные мировоззренческие, духовные ориентиры, ценности; б) право защищать и распространять их; в) право придерживаться определенных убеждений или менять их, а также г) право действовать (бездействовать) в соответствии со своими убеждениями при условии, что поведение, действия, жизнедеятельность индивида в своем публичном проявлении не будут противоправными[1].
Обозначенное выше дает основания для вывода, что свобода вероисповедания (свобода веры) выступает лишь одним из существенных элементов структуры свободы совести. Понятия „свобода совести", „свобода вероисповедания" неразрывно взаимосвязаны, но не являются тождественными. Именно на обеспечение свободы вероисповедания, как и свободы религии вообще, направлено большинство норм и положений законодательной базы Украины, относящихся к сфере свободы совести.
Институт свободы совести в Украине (в своей основе) делает возможной полноценную реализацию этого фундаментального права человека. Он отвечает демократическим принципам и требованиям. Этот факт однозначно был признан экспертами соответствующих европейских международных структур. Его, образно говоря, "трудоспособность" в функциональном проявлении отражают те качественные и количественные трансформации, которые состоялись в религиозном комплексе, действующем на территории Украины - государства светского, религиозно плюралистичного. Заметим, что эти процессы происходили не просто, они нуждались в ликвидации законодательных пробелов, недочетов, изъянов, наличие которых приводило к негативным последствиям, реанимировало конфликтный потенциал в религиозной среде, в системе межконфессиональных отношений.
Подытоживая, можно констатировать, что система законодательных норм, которые регулируют вопросы свободы бытия религиозных организаций, Церквей, а также публичной реализации свободы вероисповеданий, за все годы независимости Украины так или иначе трансформировалась, частично изменялась, а точнее сказать, корректировалась, реагируя на вызовы времени, потребности религиозной жизни людей, международные требования, в частности Совета Европы. Такие изменения и дополнения к отдельным статьям Закона Украины „О свободе совести и религиозных организациях" вносились семь раз за десять последних лет. Однако это не были системные изменения, они касались лишь отдельных проблем бытия религиозных сообществ.
Понятно, что все это требовало и требует законодательных инициатив относительно определенных изменений к обозначенному Закону, усовершенствованию его отдельных положений, норм в контексте более четкого обеспечения права на свободу религии, свободу совести. Такие инициативные проекты (а их было немало, они есть и сегодня) в своей сути были направлены: а) на существенное изменение Закона Украины "О свободе совести и религиозных организациях"; б) на его усовершенствование через внесение некоторых поправок, дополнений, замены отдельных норм и положений. Наибольшее количество подобных предложений относительно отдельных изменений в указанный Закон было внесено в 2006-2007 годах.
Анализ таких законодательных инициатив подтверждает искреннее желание большинства их авторов восполнить существующие пробелы, усовершенствовать целый ряд норм Закона, сделать их работающими и однозначными в правоприменительной практике. Однако существовало (и существует сегодня) немало таких проектов, авторы которых не скрывают своей политической, а также конфессиональной ангажированности, но такие проекты, как правило, не принимались Верховной Радой Украины к рассмотрению (точнее, не рекомендовались к внесению в повестку дня профильными комитетами.
Однако нерешенных проблем в сфере свободы религии остается еще немало. Некоторые из них приобрели остроту, активно тематизируются религиозными организациями, государственными структурами и нуждаются в своем неотложном законодательном урегулировании. Собственно и сам Закон нуждается в существенном усовершенствовании в контексте как внутренних факторов, так и внешних глобализационных вызовов, которые активно влияют, в частности, на систему духовных координат жизни страны, практику государственно-конфессиональных взаимоотношений, процессы в религиозной среде, а также в плане реакции на претензии ПАСЕ, которые касаются выполнения Украиной обязательств относительно усовершенствования законодательства в сфере свободы совести.
Отметим еще раз, что законодательных инициатив в обозначенной плоскости было немало. Наиболее продуманными в юридическом отношении были законопроекты, которые в свое время подготовил бывший Госкомрелигии Украины. Существенные законодательные наработки в этом смысле (точнее - новую редакцию проекта Закона) внесла рабочая группа, созданная в апреле 2006 года министерством юстиции Украины. В ее состав входили юристы, представители ряда научных учреждений, в частности Отделения религиоведения Института философии имени Г.С. Сковороды НАН Украины, представители целого ряда конфессий, заинтересованных центральных органов исполнительной власти.
На основе глубокого экспертного анализа действующего закона "О свободе совести и религиозных организациях", обобщения опыта правового регулирования вопросов обеспечения свободы совести, свободы религии в целом ряде государств Европейского Союза, был подготовлен законопроект, который в принципе получил положительную оценку экспертов Венецианской Комиссии, как отвечающий международным стандартам.
Разработанный проект содержит значительную часть нововведений, которые восполняют имеющиеся в действующем Законе пробелы, демократизируют значительную часть его норм, в частности, в аспекте организационно-правовых форм, в которых могут образовываться религиозные организации, при сохранении и уважении их традиций в этой сфере. Хотя в этом вопросе, к сожалению, не был достигнут консенсус в рабочей группе.
Законопроект выписывает четкую и понятную процедуру государственной регистрации религиозных организаций, уменьшает сроки ее осуществления. Функции регистрации предлагается передать в компетенцию министерства юстиции; фиксируется норма о предоставлении религиозным центрам, объединениям статуса юридического лица. Законопроект снимает проблему "дискриминации верующих-иностранцев и лиц без гражданства"; предусмотрена норма, которая нивелирует остроту проблемы инкорпорации религиозного компонента в систему государственного образования посредством предоставления религиозным организациям права основывать собственные общеобразовательные учебные заведения, в которых соблюдение государственных стандартов образования коррелируется с возможностью осуществления религиозного обучения и воспитания. Важными также являются нормы (в новационном аспекте), четко и аргументированно регламентирующие запрет на участие религиозных организаций в политической деятельности. Речь идет о прекращении процесса политизации религии и клерикализации политики. Более четко, без риска двойного толкования были изложены нормы, которые указывают на основания судебного решения по прекращению деятельности религиозных организаций. Содержатся в законопроекте и положения относительно особенностей имущественного статуса религиозных организаций. Этот перечень новаций можно было бы продолжить, однако суть состоит в следующем: законодатели, сохраняя работающие в положительном измерении нормы действующего Закона, расширяют через целый ряд новаций рамки возможностей реализации свободы совести и свободы религии в Украине. Сам по себе законопроект не лишен недостатков, содержит ряд положений, которые еще нуждаются в доработке.
Однако этот законопроект так и не прошел процедуры рассмотрения ни в комитетах, ни на пленарном заседании Верховной Рады Украины ввиду политического кризиса в стране. Политический аспект доминирует и ныне, побеждая острую необходимость урегулирования законодательных пробелов в правовом поле действия принципа свободы совести.
Следует отметить, что были также законодательные инициативы и относительно внесения отдельных изменений, касающихся назревших вопросов в обозначенной сфере, и, в частности, земельных проблем, фиксации права на учреждение общеобразовательных учебных заведений религиозными организациями и других. Однако из вышеобозначенных причин и они не получили поддержки Верховной Рады: снова относительно урегулирования этих вопросов победил не здравый смысл, а политические амбиции.
Что сегодня беспокоит верующих, религиозные сообщества в Украине в контексте предлагаемых изменений относительно усовершенствования законодательной базы в сфере свободы религии, свободы совести? Исследования подтверждают значительные опасения, что предлагаемые изменения могут привести к ухудшению действующего Закона, понижению уровня свободы религии, в частности, свободы Церкви (религиозных организаций), и - в этом смысле – к ограничению свободы бытия религиозных меньшинств, неорелигиозных образований, особенно в плоскости государственной регистрации, возможностей полноценной религиозной деятельности в пределах закона. Эти опасения небезосновательны. Они (религиозные меньшинства) и сегодня в рамках действующего Закона ощущают несправедливость действий относительно них "чиновного люда", ангажированного политически и религиозно. В процессе регистрации, выделения земель под строительство культовых помещений, решения других важных вопросов ощутимым, особенно в последнее время, является дискриминационный подход. Ощутимой является также деффамация относительно неорелигий в светских, религиозных средствах массовой информации, в выступлениях отдельных иерархов „традиционных" Церквей, политиков и политических сил. К сожалению, эта тенденция находит свое проявление и в отдельных законодательных инициативах, предполагающих внесение изменений в Закон „О свободе совести и религиозных организациях".
Акцентируя внимание на фундаментальной обязанности правового государства относительно защиты и обеспечения прав, свобод человека и гражданина, авторы отдельных законодательных инициатив предлагают закрепить в законе понятия „тоталитарные культы", „культы деструктивного типа" и, таким образом, перевести их в юридически обоснованную плоскость. В этой связи преследуется цель усиления контроля за неорелигиозными организациями, противодействие „деструктивной" их деятельности, осуществление строгого "надзора", в частности, за сферой миссионерской работы неорелигиозных сообществ, а также защиты учебных заведений от вмешательства в их деятельность религиозных организаций, ужесточение процедуры регистрации; запрет иностранным гражданам занимать руководящие должности в религиозных сообществах, входить в состав их руководящих структур; расширение перечня оснований не для прекращения деятельности религиозных организаций, а для их ликвидации по решению суда.
Законопроекты такого типа (а их только в 2008 году внесено три) содержат целый ряд норм, которые ограничивают, регламентируют внутреннее право религиозных сообществ автономно, свободно решать структурно-организационные вопросы своего бытия, без вмешательства извне. В законопроектах содержится предложение увеличить число основателей религиозных обществ с 10 до 50 человек, достигших 18 лет, при этом авторов такого рода законодательных новаций абсолютно не интересует, что такие подходы противоречат Конституции Украины, рекомендациям ПАСЕ, где зафиксировано, что все религии должны иметь возможность развиваться в равных условиях.
Вне сомнения, необходимость минимизации экстремистских проявлений в религиозной среде не вызывает возражений. Однако для этого есть апробированные методы, наработанный опыт, в частности и в Украине, в рамках действующего законодательства. Заметим, что такого рода законодательные инициативы, которые в последнее время поступили на рассмотрение Верховной Рады Украины, по своей сути направлены на ограничение свободы религии, в частности свободы деятельности так называемых „нетрадиционных" религиозных сообществ, а также свободы совести их приверженцев.
Анализ свидетельствует, что указанные недостатки отдельных законодательных инициатив часто продиктованы политической и конфессиональной ангажированностью их авторов. Значительную роль при этом играет неосведомленность, отсутствие объективной информации относительно деятельности, скажем, религиозных новообразований. Такое незнание, правовая и религиоведческая безграмотность часто порождают предубежденность, неприятие, нетерпимость к ним, которые при объективном изучении не имеют достаточных оснований. Тем более что такой подход противоречит демократическим законам Украины и практике многих европейских демократических стран.
Можно констатировать, что часто в законодательных инициативах в сфере свободы совести, свободы религии содержатся нормы, положения, которые противоречат принципам демократии, свободы религиозной совести, к тому же, если они направлены на навязывание "своей правды", своего видения смысла жизни и убеждений. Мировоззренческое самоопределение человека, а тем более выбор его личного пути к Богу – это его собственный, завизированный совестью выбор. В этой деликатной, чувствительной сфере – сфере совести и духа, закон бездействует. Это важно помнить. Помнить, что свобода совести, религии – фундаментальное право каждого человека. И все, кто с этим правом сталкивается, должны быть осмотрительными и ответственными как в своих суждениях, так и законодательных инициативах и практических действиях.
[1]См.: Гражданские права человека в России: современные проблемы теории и практики (Под. ред. Ф.М. Рудинского. – М., 2006.‑ С. 246; Бурьянов С.А. Ксенофобия, нетерпимость и дискриминация по мотивам религиозных убеждений в субъектах Российской Федерации: спец. Информационно-аналит. доклад. – М., 2007.‑ с. 16-18.
• http://portal-credo.ru/site/?act=fresh&id=793
УВАГА! Редакція РІСУ залишає за собою право не погоджуватися зі змістом статтей, поданих у цьому розділі.
